Главная Обо мне Проекты Словари Переводы Подписка Гостевая Deutsch

Христианизация западных провинций римской империи


Эта курсовая работа была написана мной на четвёртом курсе ЯГПУ и напечатана в официальном вестнике университета. Большую признательность хочу выразить моему научному руководителю и любимому преподавателю Татьяне Борисовне Перфиловой. Она читала нам курс истории древнего мира на первом курсе, и слыла очень строгим преподователем. Но она всегда очень искренне радовалась нашим успехам, а пример ее организованности, преданности науке и любимой работе был мощным мотиватором (возращаясь к моему сегодняшнему интересу к HR) для изучения истории древнего мира. Можете использовать этот курсовик для своих научных работ, но имейте в виду, что имеется его изданная версия.

М И Н И С Т Е Р С Т В О   О Б Р А З О В А Н И Я   Р Ф

ВЫСШАЯ  ШКОЛА

Ярославский Государственный Педагогический Университет
им. К. Д. Ушинского

КУРСОВАЯ РАБОТА  ПО ТЕМЕ:

ХРИСТИАНИЗАЦИЯ   ЗАПАДНЫХ  ПРОВИНЦИЙ
  РИМСКОЙ     ИМПЕРИИ.

                                                                             Работу выполнила студентка исторического факультета Голикова Ю.Н.142 группа.

                                                                        Научный руководитель:
Перфилова Т.Б
1995 - 1996 учебный год.

 

Содержание

 

1.

Введение

3

2.

Становление христианства в западных провинциях Римской империи

5

 

 1)  Сведения о распространении христинаства в западных провинциях Римской  империи

5

 

 2)  Эволюция христианской общины

9

 

 3)  Становление церкви в западных провинциях Римской империи

14

3.

Заключение

28

4.

Примечания

29

5.

Библиография

31

                           В В Е Д Е Н И Е

     Изучение начала христианизации западных провинций Римской империи способствует выяснению особенностей развития западных церквей в последующее время. Особенно важным мне представляется выяснить соотношение развития западной и восточной церкви, сходства и различия их структуры.

     В советской  исторической науке большее внимание уделялось изучению христианства на востоке империи, поскольку  именно  с  Востока  шло распространение  христианства.  Одним  из основных вопросов был вопрос историчности Иисуса, при этом достоверность новозаветных сочинений  как исторических источников подвергалась сверхкритичной оценке.  По мнению Аверинцева С.С., этому вопросу придавалось скорее политическое, чем научное значение.

     В связи с публикацией в 70-х гг. неизвестных ранее источников (рукописей  Агапия)  в  советской  исторической науке произошла перемена точки зрения на проблему историчности Иисуса и достоверности  источников.

     Наиболее ценными из работ ,вышедших до 70-х гг.  являются  работы Рановича А.Б., Лившица Г.М., Ленцмана Я.А., Крывелева С.А. Эти авторы считали Иисуса мифической личностью. Новозаветные сочинения они датировали 2-3  веком, тем  временем, когда уже сформировался монархический епископат. На сегодняшний день большинство  отечественных  историков  считают Иисуса  реальной  исторической  личностью, а произведения Нового Завета датируют, как правило, второй половиной первого века (Кубланов  М.М., Амусин  И.Д., Свенцицкая И.С.). Но их основные работы были посвящены развитию Христинаства на Востоке. Е.М.Штаерман изучала дохристианскую идеологию  и  религию  Западных провинций .Формированию структуры церкви в империи посвящены монографии Федосика  Б.А.  "Церковь  и  государство", "Киприан и античное христианство", Голубцовой Н.И.  "У истоков христианской церкви".

     В работах историков-теологов тема христианизации западных провинций получила больше внимания. Но в их работах часто сказывался  конфессиональный подход. Так православные историки церкви (Болотов В.В., Лебедев А.П., Поснов М.Э.) доказывали существование монархического епископата  с  первых лет христианства. Интересное исключение составляет работа Покровского А.И.  "Соборы христианской церкви первых трех веков”. Историческими источниками для изучения этой темы служат римские юридические предписания о христианах, эдикты, указы, различные христианские акты официального характера:  постановления соборов, поместных и вселенских, послания епископов, митрополитов  различным  церквям, общинам,  лицам: древнейшие литургии и предписания культа, символы и разнородные исповедания или изложения веры,  мученические  акты. Подписные  листы соборов могут дать достоверную информацию о существовании христианских общин.  Менее достоверный исторический источник представляют собой сочинения христианских писателей и критиков христианства. Первоначальная христианская литература (периода после  сочинения  новозаветных  книг) может быть разделена на три группы:

       1) обильная литература апокрифических "евангелий", "посланий" и деяний, свидетельствующая, с одной стороны, о том, какие широкие круги населения были увлечены пропагандой христианства,  а с другой  о  том, как буйно развивалась фантазия ,  питаемая пафосом ниспровержения официальной идеологии.  Вся эта апокрифическая литература, авторы которой не известны,  как правило, существенно отклонялась от основных положений собственно христианского учения;

       2) сочинения "апостольских отцов", считавшихся непосредственными учениками первых  апостолов.  Сюда  относится  несколько  посланий, весьма сходных с вошедшими в канон Нового завета, главным образом посвященных идеи о том,  что Иисус был не только  Христом  (мессией),  но именно Богом;  толкования на отдельные положения Нового завета ("Пастырь  Гермы”,  “ Послание Варнавы" и др.).  Наиболее интересно  "Учение двенадцати апостолов"("Дидахе") - род устава ранних христианских общин и наставления для их богослужебной и бытовой практики.  Эти  сочинения долгое  время принимались христианской церковью в качестве равноценных новозаветному канону,  они датируются в основном П в., когда канон еще не был определен;

        3) апологетические сочинения,  имевшие целью  убедить  римские власти в безвредности христианства.

 Эти источники позволяют изучить следующие проблемы :   

     1) время и  масштабы  распространения христианства в западных провинциях;

     2) становление христианской  общины, ее структуры, формирование иерархии;

     3) становление  церкви на  западе  империи,   особенности  ее развития.

2.  С Т А Н О В Л Е Н И Е   Х Р И С Т И А Н С Т В А   В 

 З А П А Д Н Ы Х   П Р О В И Н Ц И Я Х   Р И М С К ОЙ

  И М П Е Р И И.

              1)  СВЕДЕНИЯ  О РАСПРОСТРАНЕНИИ  ХРИСТИАНСТВА  В  ЗАПАДНЫХ  ПРОВИНЦИЯХ  РИМСКОЙ  ИМПЕРИИ.              

     Уже в начале 2 века н. э. возникла легенда о  том, что  12  апостолов обошли  весь мир с проповедью христианства. Развитие этой миссионерской легенды продолжалось до 16 века. По "Пастырю Гермы”, на земле было 12  народов , и  всем  им  христианство проповедано апостолами(1). Почти каждая страна, где обосновывалась христианство, имела свою  миссионерскую  легенду, которая обыкновенно начиналась с апостолов. Так, например, по таким легендам апостол Андрей был первым миссионером  для  Византии  и  России (Скифии). В  Милане ссылались на Варнаву,  в Риме - на Петра. Серьезных испытаний такие легенды, как правило не выдерживают.

     О масштабах  распространения  христианства к началу 3 века имеются сведения у Тертуллиана в сочинении "Против Иудеев":  "Да кого же как не в  Христа уверовали все народы? Парфяне, мидяне, эламиты, жители Месопотамии, Армении, Фригии, Каппадокии, Понта и  Асии, Памфилии, Египта  и  частей Африки, находящихся за Киринеей и жители Рима, и разные обитатели Гетулии, многочисленные жители Мавритании, все пределы Испании (?),  разные народы  Галлии, и  недоступные  для  римлян  места Британии, но подчиненные   Христу (?) ... "  и т. д. На замечания, что христиане враги Римского государства, он отвечал, что тогда "...у вас больше врагов, чем граждан, потому что все ваши граждане сделались христианами" (2).

     Эти утверждения высказываются в слишком полемичном, ораторском тоне и потому  далеки от точности. Если мы обратимся к другому сочинению  этого апологета, то узнаем о  более скромные данные. Желая  устрашить  проконсула  Африки  Скапула, Тертуллиан  заявляет, что если проконсул воздвигнет гонения на христиан, то придется перебить около 1/10 жителей  Карфагена  (3). Серьезные коррективы  дает Ориген (185-253 гг.) в своем толковании Мф 24.14. Возражая тем, кто ожидал скорейшего второго пришествия, он указал, что Евангелие еще не было проповедано у многих народов, в т. ч. британцев, германцев, сарматов, даков, упомянутых Тертуллианом как уже уверовавших(4),и что в каждом отдельном городе число христиан сравнительно с числом граждан "еще не очень много”.

     Современные историки  церкви  обычно приводят не более 10  процентов; немецкий протестантский историк-богослов профессор А.Гарнак  замечает, что  "говорить  о  действительном проценте христиан - дело произвольное”; советский историк В.С.Рожицын считает, что ко времени  овладения государственной властью христиан в Римской империи насчитывалось от 3 до 5 процентов всего населения(5).

     Северная Африка

     Истоки христианских общин в Северной Африке неясны. Вероятнее всего они появились здесь в среде карфагенской иудейской диаспоры,  которая поддерживала тесные торговые отношения с морскими центрами Сирии и Египта,  а  затем  и  среди местного населения и римлян.  На еврейском кладбище,  открытом в Гамарте, недалеко от Карфагена, обнаружены следы памятников  христианского происхождения,  на которых видны изображения якоря, символа креста, и голубки, олицетворяющей искупленную крещением душу  (6).  Самые ранние письменные упоминания о христианах в Северной Африке связаны с гонениями 180 года. Описывают эти события "Деяния мучеников  Скилии",  первое  христианское  сочинение на латинском языке (Скилия - городок в Нумидии). Описание гибели христиан, сделано, вероятно, на основе протоколов допросов, проводившихся римскими чиновниками.  Мученики были осуждены на обезглавливание в Карфагене при проконсуле Вегеллии Сатурнине. В 197 году во время антиримских волнений также были репрессии против христиан.  Им, схваченным тогда верующим, выразил свою солидарность Тертуллиан в трактате "Мученикам".  В 202 году по эдикту Септимия Севера,  запрещавшему  принятие  христианства,  было убито шесть верующих,  мученическая смерть которых описана в "Мучениях святых Перпетуи и Фелициты". Среди мучеников представлены и свободные, и рабы,  и римляне из знатных семей.  Преобладали представители низших сословий.  В "видениях" мученица в раю разговаривала по-гречески,  это указывает, возможно, на богослужебное употребление греческого языка, и на то,  что лица греческого происхождения преобладали среди  христиан Карфагена. В то же время Северная Африка - родина христианской литературы на латинском языке. В 197 году глава карфагенской общины Агриппин смог созвать на собор 70 епископов из проконсульской Африки и Мавритании.  В 256 году на соборе, созванном по поводу крещения отступников и еретиков присутствовало 87 епископов из Африки,  Нумидии,  Мавритании, протокол с подписями епископов сохранился среди произведений Киприана. Многие  епископы Северной Африки находились в оппозиции Киприану и не явились на собор.  Гарнак считает, что в середине Ш века в Африке было не менее 130-150 епископств.

     Испания.

Апостол Павел (Рим 15:24) выказывал намерения побывать в Испании. Как только предприму путь в Испанию, приду к вам". Ириней Лионский (конец П века) упоминает об общинах в Испании.  Более полновесные  данные  дают  подписные листы Эльвирского Собора в 306 году. На Соборе присутствовало 19 епископов и 24 пресвитера. 17 из 24 прибыли со своими епископами. Таким  образом  можно предположить, что к 306 году в Испании было не менее 26 епископий.

     В 256  году  клирики трех городов Испании направили запрос Карфагенскому собору и епископу Киприану о повторном рукоположении на епископские  кафедры  отступников Сабина и Феликса. То есть в 256 году  в Испании было, по крайней мере, три кафедры (в городах Асторга, Лион, Мериза) (7).

     Галлия.

    Первые достоверные источники о христианстве и христианах в Галиии относятся к 177 году и содержатся в сообщениях о  гонениях. Первым  епископом Лиона  был, вероятно,  Пофин, человек с греческим именем. Следующий епископ Ириней был малоазийского  происхождения. Существовала  традиция выбирать епископа из местного клира. Следовательно, исходя из того, что епископ носил греческое имя, а также имена мучеников 177 года все, кроме имени виенского дьякона Санкта, греческие, можно сделать предположения, что в Лионской церкви преобладали лица греческого происхождения. Виеннский дьякон Санкт, как можно судить по посланиям лионских  мучеников, был  единственным  дьяконом  в этой  сенатской  провинции. Вероятно  уже тогда,  в конце 2 века, было много христиан было в долине реки Роны, на юге Галлии. По словам Иринея Лионского, еретик  Марк обольщал "многих христиан в ронских странах" ("Против ересей" 1.13). Евсевий Кесарийский сообщает, что в 314 году  Константин  приглашал  епископов на собор в Арль. Из Галлии прибыло 16 епископов, по преимуществу с южной (ронской), а также северовосточной ее  части. Кельтский северо-запад, Придунайские и Рейнские области были слабо христианизированы.

     Германия и Дунайские провинции.

     В Арльском соборе в числе галльских подписываются епископы  Кельна и  Трира. Сохранились не очень достоверные сведения о мучениках в эпоху Диоклитиана(8).

     Британия.

     В эту провинцию в южную ее часть, христианство  проникло, вероятно, из Галлии. В  Арльском  соборе 314 года участвовали уже 3 британских епископа, то есть церковь имела особое управление. Возможно, эти три епископства были незначительны  по количеству паствы. Когда в 359 году правительство Констанция устраивает собор в Аримине, когда собравшимся было  предложено  содержание  от правительства, то  отказались все епископы, кроме британских, очевидно, не процветавших(8).

     На следующей карте обозначены все местности, в которых подтверждено основание общин, либо,  по крайней  мере, миссионерская  деятельность 1-2  веков. Важнейшими современными источниками являлись для 1 века Новый Завет, письма Климента Римского, для 2 века - письма Игнатия Антиохийского, “Пастырь  Гермы”  и  местами акты мучеников. Также используется и поздние церковные писатели и хроники, особенно Климент Александрийский, Хроника  из  Эдессы (9). Для  2 века можно допустить значительно большее число общин, чем представлено на карте, например, в Египте и Северной Африке.

     При нанесении границ Римской Империи Армения, Ассирия и Месопотамия, которые были на короткое время завоеваны Траяном, не учитывались.

     В начале Константиновой  эры,  в первые десятилетия  1У века, распространение христианства  в различных частях империи было еще очень неравномерным.

    Провинции, где христиане составляли до половины населения, находились  исключительно на Востоке. 

    К  зоне, где  христианство охватило значительную часть населения, можно отнести на  западе; Рим, часть средней и низшей Италии (берега), проконсульскую Африку и Нумидию, южную Испанию, а также  южную часть Галлии (южные  берега и долина реки Роны).

    В Центральной и Северной Италии, особенно вдоль консульских дорог, дунайских провинциях, в Мезии и Паннонии, Кирениаке, Ливии и Мавритании  - районах, менее населённых, процессы христианизации ещё только начинались.

   Изолированные христианские общины спорадически встречаются также  на севере Галлии, в Бельгии, вдоль  Рейна, в Реции и Норике, вокруг  Виндобона, нынешней Вены, и на британских островах, включая  Гибернию (Ирландию).

   Епископских кафедр на Востоке было от 800 до 900 и на Западе от 600 до 700 (10).

    2) ЭВОЛЮЦИЯ  ХРИСТИАНСКОЙ ОБЩИНЫ.

     Основными источниками, по  которым  можно  судить  об   организации, составе, внутренней  жизни христиан являются Деяния апостолов, новозаветные послания, авторами которых церковь считает  учеников  Иисуса, а также  апостола  Павла. Не  все послания, вошедшие в канон Нового Завета под именем Павла, принадлежат ему. Так многими исследователями отрицается принадлежность Павлу Послания к ефесянам, оно, вероятно, написано после смерти Павла. Некоторые считают, что послания к Тимофею и  Титу  были созданы уже после смерти Павла с возможным включением отдельных отрывков, взятых из подлинных его писем. Послание к евреям, в отличии  от  остальных, вообще анонимно, в его тексте нет никаких указаний, что оно принадлежит Павлу; это авторство оно получило  позднее (11). Наиболее  ранние послания (подлинные) были созданы до 1-й иудейской войны (66-72 гг.) Послания других апостолов обычно датируются историками началом  2  века, и созданы после смерти поколения Двенадцати.

     Деяния апостолов написаны, вероятно, в самом конце 1  века, Евангелие  от  Луки и Деяния написаны одним и тем же автором. Помимо новозаветных сочинений для рассмотрения структуры христианских  общин  имеет значение  обнаруженное  в конце прошлого века своеобразное руководство для христианских общин "Учение двенадцати Апостолов" или  "Дидахе”, которое  восходит  к  началу 2 века. Слово "двенадцать” добавлено возможно позже, поскольку Евгений Кесарийский и Афанасий Великий  называли  в  4 веке этот труд просто “Учение Апостолов”.

     Для второго века имеют значение источники: Два  Послания, приписываемые  Клименту  Римскому, предполагаемому третьему епископу Рима, семь писем Игнатия Антиохийского(до 177 г.), труды  Ипполита  Римского(конец 2-го начало 3-го века).

     Структура описанной в посланиях Павла общины сильно отличалась  от Иерусалимской. Иерусалимская  община  согласно  сообщению  Деяний имела четкое иерархическое деление с иерархической верхушкой, ведающей центреальными  вопросами теологических дискуссий. Согласно Деяниям,  общиной руководили двенадцать апостолов, учеников Иисуса, которые  могли  пополнить  свои  ряды  способом кооптации,  бросая также жребий, чтобы выбрать одного из двух  кандидатов. Возглавлял  апостолов  "брат  Господень” Иаков. Община  имела общее имущество. Апостолы считали своей главной задачей "служение слова" (Деяния 6;4), а для попечения о совместных  трапезах члены общины выбирали "из среды самих себя семь человек”. Греческое слово "диаконос" означает "служитель"  или  скорее  прислужник  за столом (12). Собрание  общины  выбрало диаконов, а апостолы затем их затем рукоположили их, "помолившись, возложили руки"(Деяния 6:6). Описание Иерусалимской общины слишком противоречиво (13). Оно рассчитано на то, чтобы показать идеальную общину. Когда же речь идет о других общинах  восточного региона, Деяния рисуют другую картину: нигде нет и намека на продажу имущества. Также и Павел, укоряя коринфян за невоздержанность во время общих трапез, писал : "Разве у вас нет домов, чтобы есть и пить?"(1 Кор.) Размер и порядок взносов не был строго определен был (1 Кор. 16.2). Совместные  трапезы  имели  значение  причащения к таинству и  одновременно играли роль поддержки малоимущих. Павел призывал коринфян не  допускать  того, когда “иной бывает голоден .а иной упивается"(1 Кор. 11:21:22).

     Причастительное богослужение  восстанавливает  некоторые  древние иудейские  традиции, отмеченные в манускриптах Мертвого моря. В античных полисах были также широко распространены различные формы раздачи денег и общественных причастительных трапез.

     В структуре общины  различались  общинные  и  всеобщие  церковные должности. Внутри общины четкой иерархии ещё не сложилось. Нельзя согласиться с мнением Ленцмана, что в" Послании Титу" мы впервые встречаем упоминание епископов, которые считаются признанными главами не только общин. но  даже  и их объединений" (14). Действительно Титу предписывалось "поставить по  всем городам пресвитеров " (Тит. 1,5). Но Тит вовсе не является епископом, он ученик Павла и не  занимает  определенной  должности. Кроме  того, автор послания после указания, какими качествами должен обладать пресвитер, резюмирует : "Ибо епископ должен быть непорочен" (Тит. 1.7).  То есть у автора нет четкого разграничения этих должностей. Пресвитер (старейшина) и в других посланиях Павла и Деяниях часто называется  епископом (блюстителем, надзирателем). Функции блюстителей или пресвитеров были по преимуществу хозяйственными, но Павел говорил также, что надо "оказывать   сугубую   честь, особенно   тем,  кто  трудится  в  слове  и  учении" (Тим. 5.17-18). По сообщению "Дидахе" епископы и дьяконы  "тоже  исполняют  службу  пророков  и учителей " (15.1/5). Епископы, пресвитеры и дьяконы выбирались общиной и утверждались (рукополагались) апостолом или его учениками, такими как Тит или Тимофей. На исполнение каких-либо служб избирались вдовицы, не младше 60 лет. которые находились  на  попечении  общины (1-е Тим. 5.5-16). Предполагалось, что  у  общины  или ее должностных лиц была функция третейского суда. “Как смеет кто из вас, имея дело  друг  с другом судится у нечистивых, а не у святых?"(1-е Кор. 6.1,5). Объединение общин не было иерархизировано. Павел требует от общины такого же уважения  к своим решениям, как он уважает свободу общины. В условиях отсутствия стоящего над верующими клира важную роль в общинах играли  различные пророки, обладающие благодатью (харизмой), которые впадали во время собраний в религиозный транс. Было распространено представление, что благодать (харизма) Святого Духа  может проникнуть  в  каждого рядового  христианина. Рядовой верующий, на которого снизошла благодать, назывался пророком. Ранние общины  в церковной литературе получили название харизматических.  Трудно согласиться с мнением Голубцевой Н.И., что пророки становились руководителями общины (16), поскольку наделенные такой "благодатью" встречались в большом количестве. Так, видимо, случалось, что вся церковь  сойдется  вместе. и  все станут говорить неземными голосами" (1-е Кор. 14, 23). Но, несомненно, пророки пользовались авторитетом,  причем большим, чем епископы, и дьяконы. В "Дидахе" рекомендовалось: "Рукополагайте себе епископов и дьяконов... они тоже исполняют у вас службу пророков и учителей. Поэтому не презирайте их,  они - ваши почтенные, наряду с пророками и учителями".  По посланиям Павла,  пророк - не какая-либо  определенная  должность,  а один из видов благодати. Христиане имеют разные дары Святого Духа, “ одних Бог поставил апостолами,  других пророками  и  учителями, "иным дал силы чудодейственные,  также дары исцелений, вспоможения, управления, разные языки" (1 Кор. 12. 27). Все эти дары равны между собой. Должности епископов, пресвитеров, дьяконов не упоминаются среди даров. Лишь много позднее, со становлением епископальной церкви, стало  утверждаться, что клир наделён особой благодатью. Только в “Дидахе” пророки  названы первосвященниками,  но это скорее гипербола или знак уважения. Уже по сообщениям Игнатия Антиохийского (до 117) церковь получает конфессиональный смысл,  т.е. она отличается от христианских групп, которые  не  подчиняются епископу.  Единственным гарантом церковности всех деяний теперь является епископ. Церковные учреждения теперь четко разделены,  епископ возглавляет их. Ему подчиняются пресвитеры и дьяконы. Внутренние службы централизованны, таким образом, затруднено проникновение  в  общину бродячих пророков (17).  Евхаристия утрачивает значение трапезы и обставляется строгими правилами.  Она должна  совершаться  в храме,  где  служит  епископ,  и  отсюда дьяконами разноситься по всем христианам.

     Итак, внутри  одной  епископии все службы уже централизованы,  но межепископальная иерархия ещё не сложилась (18).  Иерархия  существует повсюду  во главе с епископом,  во главе с пресвитерами и с дьяконами. "все последуйте епископу,  как ИИСУС ХРИСТОС отцу,  пресвитерам  как апостолам. Дьяконов же почитайте как Заповедь Божию"(19).

     Пресвитеры составляли при епископе совет или пресвитериат, дьяконы  несли служебные обязательства и были органами исполнительной власти.  Так организованные общины назывались парикиями,  т.е. отдельными, местными, епископальными церквями.

     Как объединялись между собой эти общины?  До конца П века еще существовали странствующие миссионеры,  которые по свидетельству Оригена назывались апостолами (“Против Цельса”), их роль постепенно сводилась на нет при усилении власти епископства.  в начала П века в роли объединительных центров выступали отдельные епископии,  чьи кафедры располагались в наиболее крупных городах.  Уже святой Ириней (180год) развивает учение о правопреемстве епископской власти  от  апостолов;  следствием этого учения явилось то, что христианские общины должны были отказаться от права отрешать от должности недостойного епископа.

     Кроме того,  епископы  крупных городов постепенно возвеличивались

над более мелкими.

      Далеко не все христиане признавали авторитет епископов.  Как реакция на учение о преемственности епископской власти от апостолов,  на отказ от демократических идеалов первоначального христианства во П веке появляется новое течение в христианстве - монтанизм, точнее сказать это было оживление древнехристианского движения пророков. Новое движение зародилось во Фригии в середине П века и в течении нескольких лет охватило общины Востока и Запада, проникло в Галлию и Северную Африку.  Основатель движения Монтан,  в прошлом жрец фригийской богини Кибеллы,  принял христианство, отрекся от всего имущества и начал проповедовать в ряде областей Малой Азии,  главным образом Фригии. Монтан и его сторонники возродили общие трапезы христиан, во время которых проповедовали пророки и пророчицы.  Среди сподвижников  Монтана  называют пророчицу Присциллу и Максимиллу (20).  Монтанисты обещали скорое второе пришествие Христа, которое должно было произойти во Фригии, в городе Пепузе в 176 году.

      Пепузу они называли новым Иерусалимом. Христианский писатель Иероним говорил:  " У нас место апостолов занимают епископы, у них епископ на третьем месте,  а первое занимают патриархи города Пепузы, второе - так называемые "товарищи".,  и, таким образом, епископы скатываются на третье, почти последнее место". Сотни сторонников учения шли в Пепузу. Пророки - монтанисты вдохновлялись идеей явления Святого Духа Параклита (Утешителя),  который был обещан Иисусом в  Евангелии  от Иоана. Монтанисты придавали своим пророчествам общеканоническое значение. Изречения Монтана, Присциллы и Максимиллы записывались и дополняли книги Ветхого и Нового Завета (21).  Монтан учил,  что любой верующий может обрести дар пророчества.  Этот дар приходил в состоянии экстатического  возбуждения.  Как  говорил  влиятельный сторонник монтанистов Тертуллиан, новое пророчество должно отличаться  характером  "внеумным", ум как бы потемнялся, "обилием божественного света" (22).

      Пророчицы и пророки теряли сознание и говорили от лица Бога  или от  лица Параклита.  Монтану приписывалось выражение : "Человек подобен лире,  и дух соприкасается с ним как смычок" (23).  Женщины Присцилла и Максимилла говорили о себе в состоянии транса в мужском роде : "Господь послал меня благословителем и истолкователем нового обетования".  Ожидание второго пришествия побуждало к более суровым нравственным требованиям.  Монтанисты решительно запретили второй брак.  Тертуллиан говорил, что брак дозволен Богом, но он не есть уже поэтому благо (24).

      Новые пророки,  по словам Иеронима, устраивают три сорокадневных поста в год. О внутренней жизни монтанистских общин известно мало.

      Борьба с монтанизмом как и начавшаяся чуть раньше борьба с гностическими учениями,  ускорила создание канона священных книг. Фрагмент одного такого списка,  так называемого "Мураториева канона"  составлен около  200  года.  Что интересно,  автор исключает из канона "Пастырь Гермы” на том основании,  что он написан "недавно", "в наше время", а число пророков “отныне определено”, и “апостольские времена уже завершились" (25).  Так епископальная церковь защищала себя от новых пророков.  Чтобы  выработать  общую линию поведения в отношении монтанизма, епископы созвали так называемые малые противомонтанистские соборы. Это были  первые  церковные соборы (если не считать Иерусалимского собора, описанного в Деяниях).  Ранние малые соборы проводились в 60-70 гг. П века и в 170 году большой Иерапольский собор.  Евсевий (“Церковная история”, У, 16) говорит : "По сему случаю верующие начали часто и во многих местах  собираться и исследовать новое учение,  объявили его нечестивым". Исследователь истории первых соборов Покровский А.,  на основании этих слов Евсевия  делает вывод, что эти соборы были не съездами епископов и пресвитеров,  а "пленарными заседаниями отдельных церквей" (26).  Но собор в Риме,  на который вез послание от лионских мучеников пресвитер Ириней, был уже собранием епископов. После соборов осудивших сторонников  Монтана,  съезды епископов отдельных областей становятся фактором формирования церковной организации.

     Итак, как раз в то время,  когда подтверждается по источникам появление первых христианских общин в Западных провинциях,  в центре империи и в Восточных ее провинциях происходит становление епископальной церкви и борьба против монтанизма.

      Поэтому следует рассмотреть влияние монтанизма на христианские общины западных провинций, прежде всего Галлии и Северной Африки.

    3.  СТАНОВЛЕНИЕ  ЦЕРКВИ  В ЗАПАДНЫХ ПРОВИНЦИЯХ

РИМСКОЙ  ИМПЕРИИ.

    Во втором веке в Галлии в долине реки Роны умножались  восточные торговые колонии, принося с собой христианство. Из Галлии  христианские проповедники проникли в Британию и, вероятно, из той же  Галлии в Испанию. Впоследствии Галлия и через неё ранняя английская церковь ( галльское и ироскотское монашество, Мартин Турский и Кассиан, основатели  первых монастырей на западе) сохранили наибольшую близость  к Востоку.

   Первые документальные свидетельства проникновения христианства  в Галлию относятся к 177 году. Это сообщения о гонениях на христиан, происходивших в Лугунде (Лионе) и Виенне, в связи с запрещением вводить новые культы, вызывающие смуты. Гонения коснулись сравнительно  небольшой части христиан. Описание этих событий содержится в “Церковной истории” Евсевия ( У, 1). Он свидетельствует, что при императоре Марке Аврелии “с большой силой возгорелись в некоторых странах гонения на нас, от восстания черни по городам” ( У, предисл.). В юридическом сборнике - Дигесты  - сохранилась часть эдикта, приписываемого Марку Аврелию: “Божественный Марк приказал ссылать на острова всякого, кто через суеверные обычаи будет приводить в смятение слабые души людей” (27). Указ этот был вызван появлением при Марке Аврелии множества разных бродяг-проповедников восточных мистерических культов. Не имея в себе ничего специально противохристианского, этот закон мог быть применён и к христианам. В “Истории” Евсевия помещено с некоторыми сокращениями послание галльских христиан малоазийским. Послание также  доказывает, что не было специального закона Марка Аврелия против христиан, новая религия ещё не выделялась в сознании властей, как имеющая особо опасное влияние, гонение произошло вследствие “восстания черни”. Согласно этому посланию, несомненно расцвеченному фантазией его авторов, толпа лугундцев, возмущённая нежеланием христиан отвечать на вопросы судей и отречься от своей веры, требовала пыток и публичных казней на арене амфитеатра. Среди казнённых были люди разного социального положения рабыня, её госпожа, врач, адвокат, дьякон из Виенны.  Христианская община в Лионе сохранилась и после гонений. Оставшиеся на свободе христиане поддерживали отношения со своими единоверцами, заключёнными в тюрьму, и те даже передали им оттуда своё мнение по поводу распространившегося в то время монтанизма. К сожалению, эту часть послания лионцев Евсевий сократил: “Последователи Монтана ... во Фригии только-только заговорили тогда на людях о своих прорицаниях. Возникли по этому поводу разногласия, и братья из Галлии. изложив собственное суждение, осторожное и вполне правоверное, извлекли ещё письма разных мучеников, у них скончавшихся, которые те, беспокоясь о мире церковном, находясь ещё в оковах, писали братьям в Азию и Фригию, а также Елевтерию, тогдашнему Римскому епископу”. Отсюда видно, что лионские мученики пытались не допустить открытого осуждения монтанистов и раскола церквей. Кроме того, в послании имеется неоднократное упоминание о Духе, как о “ходатае” и  “советнике” галльских мучеников. Видимо, по общему настроению и духу они стояли довольно близко к монтанистским пророкам. хотя и не разделяли всех их крайностей.        

    В Галлии христианство распространялось прежде всего среди городского населения, сначала среди переселенцев, говоривших по-гречески (как это в своё время происходило и на востоке), а затем к нему стало примыкать и галло-римское население, говорившее по-латыни. Принадлежал Востоку по происхождению, воспитанию и языку и Ириней Лионский, сначала пресвитер, а затем, после гибели Пофина,  и епископ местной церкви. Родом из Малой Азии, Ириней знал ученика апостолов Поликарпа, епископа  Смирны. Около 160 года Поликарп отправил Иринея в Галлию для проповеди христианства. Согласно преданию, Ириней мученически погиб во время массовых гонений на христиан при императоре Септимии Севере.

    Ириней занял видное место среди ортодоксальных ересиологов. Главное его сочинение - “Обличение и опровержение лжеименного знания, или Пять книг против ересей” (195 год) посвящено полемике с гностиками и монтанистами. Вместе с тем Ириней не раз вступался за еретиков перед папами Элевтерием и Виктором 1. Именно его и отправили лионские исповедники со своим посланием к Элевтерию. По возвращении он был избран в знак признания главой общины. В полемике с монтанистами Ириней Лионский защищал законность императорской власти, как установленной Богом, чтобы “посредством законодательства подавлять разнообразную неправду народов”. 

    Когда Ириней стал епископом Лиона, то “...ослабленная на время Церковь, - по собственному выражению Иринея, - тотчас увеличивается в своих членах и восполняется” (Против ересей., 1У, 33, 9). Об увеличении числа верующих, а также об их социальном составе говорит и сообщение его о некоем азийце Марке, который обольщал “многих христиан в ронских странах” (Против ересей, 1, 13). Этот ересиарх, сообщал Ириней, “более всего имеет дело с женщинами, и притом, щеголеватыми, одетыми в пурпур и самыми богатыми”, каких немало было в таком торговом городе, как Лион. Марк призывал свою слушательницу: “Открой уста и говори что бы то ни было, и ты  будешь пророчествовать”. Пророческие изречения, видимо, представляли собой явление экстатического говорения, так называемые глоссолалии. Женщина “...при усиленном против обычного сердцебиении отваживается говорить и говорит всякий вздор и всё, что попадается, пусто и дерзко, как разгорячённая пустым ветром”. Евсевий Памфил читал послания Иринея по вопросу о праздновании пасхи. Они написаны были “от галльских общин, над которыми епископствовал Ириней” (Евсевий , Церковная история, У. 24. 11). Возможно, это выражение означает, что Ириней в 90-х годах второго века был епископом уже нескольких епархий, либо архиепископом.

    Система взгядов Иринея Лионского сложилась в споре с гностиками и монтанистами и сыграла большую роль в становлении монархического епископата. Прежде всего, Ириней  стремился утвердить канон новозаветных книг и “выяснить” предание, поскольку гностики ссылались на особое “тайное предание”. Он отстаивал идею равенства всех четырёх евангелий, как основы истинного познания, начертал основные положения христианской догматики и изложил так называемое “правило веры”, как краткое изложение всего христианского вероучения (Против ересей. 1, 10. 3, 4).

    Ириней являлся одним из первых пропагандистов тезиса об “апостольском наследовании”. Он составил самый ранний список первых римских епископов. Этот список призван был служить доказательством преемственности традиции начиная с апостола Петра до правившего в его время епископа Рима Виктора (189-199?). “Мы можем”, говорит Ириней, “перечислить тех, которые поставлены апостолами во епископы в церквах и преемников их до нас, которые ничего не учили и не знали такого, что эти (еретики)  бредят” (Против ересей. 111, 3). С точки зрения Иринея, в каждой местной церкви предание сохраняется благодаря последовательной смене епископов, получивших от апостолов “харизму истины”. Живое предание - жизнь  Святого Духа в сакраментальном теле Христа, удостоверяемая “даром истины” епископов (причём некоторыми из них в церквях, основанных апостолами, на Западе это только Рим), считается преимущественным свидетельством. Ириней подчеркивает роль Римской церкви, как преимущественной свидетельницы апостольского предания. “Всякая церковь - то есть верующие отовсюду - по необходимости должна согласовываться с  этой (Римской)  церковью, по причине её превосходнейшего происхождения. Ибо в ней неизменно и на благо всем сохраняется предание, идущее  от апостолов (Против ересей, 3, 3, 2). Видимо, это воззрение господствовало уже в то время в церкви. Различные еретики с целью добиться признания своего учения, обращаются к  Римскому епископу. Когда восточные церкви не хотели отказаться от своего обычая празднования Пасхи, папа Виктор угрожал им отлучением и даже прервал сношения с ними (Евсевий. Церковная история. У, 22), а Ириней писал папе Виктору своё особое увещевательное послание от Галльской церкви.

     Следствием учения о преемстве епископской власти от апостолов явилось то, что христианские общины должны были отказаться от права собственной властью отрешать от должности недостойного епископа; как преемник апостола, он должен стоять над общиной, быть господином своей общины.

    Ириней упоминает церкви, существовавшие в Испании. Но испанские христианские общины не играли важной роли в развитии церковного вероучения и церковной организации. В становлении христианства гораздо большее место принадлежало Северной Африке. Если сиро-палестинский регион был его колыбелью, Александрия помогла ему выработать идейно-философскую оснастку, служила центром изучения катехезиса, то мировой религией оно стало во многом благодаря Африке.

   Племена, населявшие Северную Африку - нумидийцы (ливийцы), мавры, берберы - ещё в глубокой древности, когда происходила миграция по берегам Средиземного моря, подпали под влияние финикийцев, которые опередив греков, помешали широкому проникновению греческой цивилизации в эту страну. Сопротивление, которое римляне встретили на Африканском континенте, было слабым. Только Карфаген вёл упорную борьбу. После разрушения этого города в 146 году до н. э. римляне заняли Карфагенскую область и распространили свою власть на смежные с ней территории.

    С середины 1 века до н. э. римское правительство начало осуществлять политику активной латинизации Северной Африки. Тогда там доминировал язык, принесённый финикийцами,  хотя , например, у берберов доминировал свой национальный язык и своя национальная письменность. Однако финикийский не имел того влияния среди североафриканского населения, который имел греческий среди провинций, охваченных эллинской цивилизацией. Там греческий язык широко применялся в официальных сношениях с римским правительством, его чиновниками, император на монетах именовался по гречески. Здесь же правительство в своих официальных сношениях употребляло латынь, финикийский допускался как язык культуры, частной жизни.

   Таким образом, наследницей финикийского языка стала латынь. И хотя греческий в середине 1 века до н. э. в Северной Африке был известен больше чем латынь, которой пользовались лишь только чиновники, солдаты, италийские купцы, и, казалось давал больше оснований для эллинизации африканской провинции, по воле римских правителей Африка оказалась включённой в ареал господства латинского языка и попала в

сферу влияния латинского Запада, который со временем составил противоположность греческому Востоку.

    После основания заново Карфаген превратился в крупный римский город по числу жителей и богатству почти сравнялся с Александрией. Он стал вторым после Рима городом латинского Запада. В нём шла бурная деятельность, в широком ассортименте предлагались развлечения, процветали пороки. При всём этом Карфаген вырос в самый большой центр латинской науки и литературы, отсюда африканское влияние распространилось даже на римскую литературу эпохи империи.

    Африка способствовала появлению немалого числа талантливых деятелей Римской империи в области религии, культуры, политики. Отсюда вышли и здесь учились писатель и философ Апулей, христианские богословы Тертуллиан, Киприан, Арнобий, Лактанаций, Минуций Феликс,  Августин Блаженный, ритор Марк Корнелий Фронтон, филолог Гай Сульпиций Аполлинарис, император и писатель Север и другие. И когда наступила эпоха христианства , именно благодаря Северной Африке оно смогло стать мировой религией.

    На эллинизированном Востоке быстрое распространение христианства стало возможным благодаря александрийскому переводу Священного писания с еврейского языка на греческий, который был там в общем употреблении. Но для того, чтобы новая религия смогла совершить мировой прорыв, перейти с Востока на Запад, требовался перевод священных книг на язык, доступный его народам. Такой перевод был сделан на распространённую тогда среди западных народов вульгарную латынь, из которой формировалась романская речь. То обстоятельство. что христианские вероисповедные тексты зазвучали на общепринятом языке Римской империи, стало одним из решающих шагов превращения христианства в мировую религию.

    Если в Риме ещё могли обходиться греческими переводами библейских текстов. то в Африке низкий уровень знания греческого языка делал латинский перевод Библии крайне актуальным. Кроме того, римская церковь, в то время принадлежавшая к сфере греческого влияния, была меньше заинтересована в появлении латинского перевода: христианская община Рима в первые три века нашей эры пользовалась греческим языком. Перевод предприняла латински ориентированная культурная и религиозная среда, не умевшая читать религиозную литературу на греческом языке. Именно такой средой была Африка, а также верхние области Италии.

     Есть большая вероятность того, что древнелатинские тексты Библии (так называемой Италы) переводились либо редактировались при деятельном участии африканского элемента. В пользу африканского происхождения говорит сходство языка , выполненного в 1У веке Иеронимом Стридонским латинского перевода Библии (Вульгаты) с вульгарной латынью, употреблявшейся в североафриканской провинции империи. По мнению А.Донини, “именно в Северной Африке началась латинизация церкви, а не в Риме...” (23) . Африканцы своим лингвистическим опытом невольно  содействовали росту духовного обособления латинского мира, усилению разделения латинской и греческой культуры, подготовке распада христианской церкви на восточную и западные ветви.

   В Африке латынь впервые получила распространение среди простонародья. “Итала”, первый перевод Библии на латынь, по стилю и лексике сильно отличался от “Вульгаты” Иеронима, далёк он и от классической латыни, но ближе к простонародной среде. Роль африканского христианства не ограничивалась участием в переводе Библии. По сути дела вся латиноязычная христианская полемическая литература, пока римская церковь оставалась греческой, появлялась в Африке.  Африканская церковь дала богослужению первые гимны, культ мучеников, погребальные поминки, по образцу тризн языческого культа, обычаи особых форм пищевых запретов. Апокрифическая литература мало соответствовала новым обычаям. Поэтому был разработан так называемый “канон Муратори”, составленный на латинском языке африканцев. Апокрифы были переведены тогда, когда их функция была уже исчерпана. Таким образом гностические ереси эллинизированного Востока почти не затронули латинский Запад.

    В истории африканского христианства того времени доминирует фигура Тертуллиана (29). Он родился в Карфагене между 155-165 годом в языческой семье. Получил хорошее юридическое и философское образование в Риме, выступал там как судебный оратор. Приняв христианство, около 195 года вернулся в Карфаген, стал автором примерно сорока проповеднических и полемических текстов. Между 202 и 207 годами Тертуллиан порвал с ортодоксальным христианством и перешёл к монтанизму, выступив с резкой критикой церковной практики, недостаточно последовательного соблюдения принципов аскетизма в христианских общинах, а также против нарождавшейся церковной иерархии. Умер Квинт Септимий Тертуллиан около 220 года.

   Запальчивый ригорист, однажды в знак протеста против общества он вышел на улицу в эксцентричной одежде странствующего философа - “паллии”, и затем посвятил этому трактат; в другой раз призвал следовать героическому примеру одного христианина-легионера из Ламбезы, который отказался увенчать голову лавровым венком во время парада и за это был умерщвлён; наконец, он предупредил, что одной ночи и нескольких скромных факелов достаточно христианам, если они того захотят, чтобы рассчитаться с окружающими их врагами (30).  Во многих его сочинениях обнаруживаются отголоски оппозиционного отношения к властям. Этот характерный для Тертуллиана этический экстремизм и побудил его примкнуть к монтанизму, но с некоторыми особенностями, которые отразились в созданной им секте “тертуллианцев”, просуществовавшей до 5 века,  как о том свидетельствует Августин (31). Тертуллиан верил прежде всего тем прорицаниям монтанистов. которые носили морально-нравственный характер.

   Тертуллиан - представитель антигностического направления внутри ортодоксального христианства, посвятивший большой часть своих трудов опровержению гностицизма и самого пафоса рационального знания. Основателем этого направления западной христианской мысли можно считать Иринея Лионского. Но Тертуллиан был не просто апологетом-агностиком. Крупнейший знаток патристики Адольф Гарнак полагал, что Тертуллиан делит с Иринеем славу пионеров христианского богословия (32). Особенно велики его заслуги в создании латинской богословской терминологии. В этом смысле значение Тертуллиана универсально. В этом смысле значение Тертуллиана универсально. В лице Тертуллиана латинский Запад получил своего теоретика раньше чем Восток, где такое же положение занял позже Ориген. В теологической сфере Тертуллиан был первым, кто применил термин “троица” вместо “триада” (как говорил Феофил Антиохийский). Тертуллиану казалось, что последнее означает “трое разных”, а троица - это “совокупность трёх”. Используя язык римской юриспруденции, этот богослов способствовал приданию христианскому богословию такой формы, в которой оно  смогло приспособиться к греко-римской жизни и утвердиться в Никейском символе веры. Своё понимание тринитарного монотеизма он разъяснил так. Троичность Бога раскрывается лишь в процессе самообнаружения, когда трансцендентное вовлекается в историю. Только в движении от божественного к человеческому, то есть в процессе откровения, выстраивается вся реальность троицы. Однако она имеет единую сущность или субстанцию, поэтому во всех трёх лицах присутствует одна и та же божественная сила бытия. Три лица, по замыслу Тертуллиана, должны означать не то, что в Боге наличны три персоны и три воли, а то, что у единого Бога есть три личины,  три маски, к которым он прибегает в ходе своего самопроявления (Против Праксеаса или о святой троице, 18).

    Формулу о наличии в Христе двух природ, ставшую для западного христианства основополагающей, также выдвинул Тертуллиан. Он сказал, что Христос соединил в одном лице вечного Бога и смертного человека Иисуса, представляющих две независимые друг от друга природы, не смешанные и не раздельные. Эта формулировка, со всей её немыслимостью, легла в основу того парадоксализма, который церковь и считает свидетельством реальности воплощения Христа. Сам же богослов выразил несоизмеримость откровения с возможностями человеческого понимания следующим образом: “Сын божий распят, мы не стыдимся, хотя это постыдно. Умер сын Божий: это вполне достоверно, ибо ни с чем не сообразно. И после погребения воскрес: это несомненно, ибо невозможно” (О плоти Христа, 5).

    Юридическое мышление Тертуллиана, выражавшееся в особом почитании закона наиболее прочно прижилось среди католиков. Его суждения о том, что здоровая дисциплина должна составить содержание христианской жизни, что руководство законом ведёт человека к вечности, стало возвращением к характеру религиозного отношения в иудаизме, который видел в законе форму связи с божеством. Утвердилось мнение, что следование культовым предписаниям есть  исполнение божественной воли, за которое непременно полагается вознаграждение. Это было уклонением от учения апостола Павла об оправдании через веру.

    Сначала Тертуллиан выступал как защитник ортодоксального течения в христианстве, утверждая непогрешимость церковного авторитета. В “Апологетике” (домонтанистском сочинении) он рьяно доказывал, что только представители клира обладают экзорцистскими способностями (23). Его сочинения домонтанистского периода  являются источниками сведений о состоянии ортодоксальной иерархии. Так  становится ясным, что на рубеже 11-111 веков в ортодоксальной церкви сложился институт катехумената или оглашения, чего не было ни в первоапостольской церкви, ни у еретиков. “Неизвестно, кто у них (еретиков) оглашённый, кто верный”. “Оглашённые считаются у них совершенными, ещё до того, как восприняли учение”. “Они и мирян прямо возводят в священнические степени”. По этим полным негодования заявлениям можно предположить, что в Карфагенской церкви уже сложились очень чёткие разграничения между мирянами и клиром.

    Как монтанист, он откровенно заявлял, что различия “между званием и простым народом” установила сама церковь. “Разве и мы, миряне, не священники? Ты носишь в себе право священничества. На случай необходимости тебе следует подчиняться  и дисциплине священничества”(О целомудрии, 33). Тертуллиан предписывал суровые посты, строгую нравственность, осуждал вторичное вступление в брак, отвергал всякое участие в зрелищах, не допускал прощения серьёзных проступков, верил в видения и разделял пророческие ожидания тысячелетнего царства. Чувству Тертуллиана претило заключение чрезвычайных божественных даров и полномочий в круг должностных прав ординарной церковной должности: апостолы и пророки, рассуждал он, имели эти чрезвычайные дары и полномочия, но епископы - могут ли они совершать те знамения, по которым их можно было бы признать за апостолов. И когда карфагенский епископ Агриппин объявил о своем намерении отпустить грехи виновным в телесных грехах и вновь принять их в лоно церкви, Тертуллиан ответил ему трактатом “О целомудрии”, где впервые использовал терминологию, которая позднее войдёт в употребление в церкви: с горьким сарказмом он говорит, что карфагенский прелат принимает позу “епископа из епископов”, “ верховного понтифика”, подобного высочайшим религиозным правителям язычников, заслуживая иронического прозвания “блаженнейшего отца”, или папы. Этот титул утвердиться надолго за карфагенским епископом, а затем будет присвоен римским. Тертуллиан упоминает семь смертных грехов: убийство, идолопоклонство, обман, богохульство, вероотступничество, прелюбодеяние и разврат. Грехи, совершённые человеком до крещения, могут быть отпущены ему церковью, после крещения же прощаются лишь лёгкие  грехи. Смертных грехов не могут отпустить даже святые мученики.

     Идеалом Тертуллиана-монтаниста была раннехристианская харизматическая община, и он выражал взгляды рядовых христиан, выступавших против усиления власти епископа в церкви (34).

    Процесс становления епископальной церковной организации в христианстве происходил не одновременно в разных местах. Источники не позволяют утверждать, что к началу 111 века в христианстве повсеместно утвердилась церковная организация, основанная на монархической власти епископата. Именно 111 век был здесь решающим, именно в это время в христианстве происходил процесс централизации власти в церкви.

   Наиболее чётко данный процесс прослеживается в сочинениях карфагенского епископа Киприана (около 201-258 гг.). Не случайно эта фигура пользуется большим авторитетом у православных, католических и англиканских богословов. Православный теолог Н.И.Барсов отмечал, что именно от Киприана ведёт “ведёт свой век та организация церковной жизни, которая считается нормальной в церкви православной” (35). Киприан получил у богословов титул “отца иерархии”, “выдающегося администратора”.

    В понимании Киприана церковь предстаёт как католическая (Посл., 64, 3). Она едина , нераздельна, включает в себя  все церкви на местах. По его словам, церковь состоит из епископа, клира и всех верующих (Посл., 33. 1). Он выделяет епископа даже среди других клириков. Единство церкви заключается, по утверждению Киприана, в единстве её епископов (Посл., 66,8). Понятия “церковь” и “епископ” для него нераздельны: “Епископ - в церкви, и церковь в епископе” (Посл., 66, 8). Он требует полного повиновения членов церкви епископу: “И кто не с епископом, тот не в церкви”. Функции епископа в церкви широки - он управляет всеми её делами (Посл., 33. 1). В компетенции епископа находится возведение в должности других представителей клира (Посл., 38, 1), он - высшая инстанция в прощении “падших” (Посл., 17, 25; 33, 1), он - главная фигура при отправлении культовых действий (De lapsis, 25). Епископ распоряжается материальными средствами церкви (Посл., 7, 13). Для Киприана само собой разумеющимся является авторитет епископа в вопросах вероучения. Он утверждает. что расколы и ереси происходят от неповиновения епископу (Посл., 64. 5).

    Киприан разрабатывал теологическое обоснование роли епископа в церкви (36). Епископ для него - “наместник  Христа”, подчиняется непосредственно Богу, его значение не ниже апостольского. В ряде своих посланий Киприан заявляет, что епископ поставлен самим Богом (Посл., 25, 8). Обоснование особого положения епископата в христианской церкви разрабатывалось параллельно с другим теологическим учением - о монопольном праве клира распоряжаться “благодатью”. Тот же Киприан провозглашал: “Вне церкви нет спасения” (Посл., 83, 10).

   Из переписки Киприана вытекает, что должность епископа тогда была выборной. Епископ избирался клиром (епископами соседних городов и провинций и местным духовенством), к тому же требовалось одобрение этого выбора присутствовавшими при церемонии мирянами (Посл., 44, 3). Описывая данную процедуру, Киприан чаще всего на первое место ставит результаты выборов епископами и другим клиром, а затем говорит о “голосе народа”. Очевидно миряне не обладали решающим голосом при выборах. Но даже подобного рода процедура избрания епископов довольно скоро отмерла. На Западе в У веке она уже не существовала. В Византии же, по замечанию Г.Л. Курбатова, долгое время сохранялся взгляд на церковь как на своего рода полисный институт, что нашло своё выражение в большей степени влияния паствы на выборы священников и епископов (37).

     Из других должностей клира Киприан часто упоминает пресвитеров и дьяконов. А.Б.Ранович, проанализировав 43 послания Киприана, подсчитал, что в Карфагене было тогда восемь пресвитеров (38). Помимо этого, Киприан упоминает и низшие должности: иподьяконов, чтецов. экзорцистов, аколитов (Посл., 8, 1; 23, 25, 1). Кроме своих чисто подсобных функций в отправлении культовых действий иподьяконы, чтецы, исповедники, аколиты выполняли обязанности почтальонов, через них происходила  пересылка денежных средств. Особое положение занимали “исповедники“ (христиане, оставшиеся в живых после испытанных репрессий). Они имели право ходатайствовать перед епископом о прощении “падших” (Посл., 26; 27). Упоминает Киприан также вдов и дев (Посл., 7, 1), причём  к числу дев он относит лишь тех, кто дал обет целомудрия. Никаких сведений об их статусе в церковной организации Киприан не даёт.

    Три верхние ступени клира (епископ, пресвитер, дьякон) были строго отделены от низших должностей и мирян обрядом рукоположения, что символизировало их особую роль в церкви. Эволюционировали они лишь в сторону появления более высоких должностей, что было связано с оформлением территориальной епархиальной системы в церкви, с ростом значения отдельных епископов. Так, в надписях 1У века встречаются уже слова “архидьякон”, “ архипресвитер” (39).

    Титул “папа” в применении к епископу Карфагена (вовсе не Рима) упоминается в переписке Киприана. Причём так называли Киприана римские клирики. В Риме же титул “папа” стал применяться к местному епископу не ранее второй половины 1У века (40).

    Миряне также не были однородной массой. В сочинениях Киприана  имеются упоминания о катехуменах или оглашённых (Посл., 8, 3). Катехуменат был подготовительным этапом к обряду крещения, через него обязательно должны были проходить еретики. Расцвет этого института приходится на 1У-У века, когда происходила усиленная христианизация населения в опоре на  императорскую власть. Затем, в условиях, когда христианство стало государственной религией и в практику вошло крещение младенцев, потребность в катехуменате отпала.

     Представление Киприана о католическом  характере церкви отражало и рост  связей между христианами различных частей империи. Адресаты посланий Киприана находились в Риме, североафриканских провинциях, Испании, Галлии, Кесарии. Кроме того, складывалось новое территориальное устройство церкви. Прежнее устройство с его автономией отдельных общин и спорадическими контактами между ними уходило в прошлое . Хотя в 111 веке ещё не было титула митрополита, данные источников позволяют утверждать о начале формирования в Северной Африке митропольной системы. Так, Киприан в одном из своих посланий ( 48, 3) пишет о том, что  “наша провинция” простирается широко и включает в себя Нумидию и Мавританию, то есть церковная юрисдикция карфагенского епископа распространялась помимо проконсульской Африки, ещё на две североафриканские провинции. Он - церковный глава в этой митрополии, о чём свидетельствуют его действия. Так, узнав об избрании епископом Рима Корнелия, Киприан  обращается ко всем епископам проконсульской Африки, Нумидии и Мавритании с целью совместной поддержки Корнелия (Посл., 48, 4). Он употребляет особый термин для обозначения североафриканских епископов - “соепископы”. Судя по переписке Киприана с его римским коллегой Стефаном (Посл., 93, 2), епископу Рима подчинялись епископы Галлии.

    Таким образом, уже в П1 веке складывались межпровинциальные территориальные церковные единицы, во главе которых стояли епископы наиболее значительных городов Римской империи.

    В начале 1У века  на вселенском Никейском соборе (6-й канон) и поместном Анкирском (18-й канон) соборах о епархиально-митропольной системе говорится как о чём-то давно существующем. Посленикейский Антиохийский собор уже детально разрабатывает нормы, регулирующие отношения между главами епархий и митрополий.

    Центральным идеологическим конфликтом 1У века стали споры о концепции троицы - определяющем догмате христианского вероучения, которые наложили отпечаток  на последующее развитие средневековой  теологии и философии. Пресвитер александрийской церкви Арий (256-336 гг.), обнародовал доктрину, возбуждавшую сомнения относительно рациональности догмата троичности Бога. Он утверждал, что не все лица троицы равны, ибо Бог-Отец предшествовал Сыну, которого таким образом, следует считать не единосущным первому лицу троицы, а рождённым, и следовательно, только подобосущным. Арий не был первым из тех, кто усомнился в догмате троичности и как-то хотел его рационализировать. Во втором веке это пытался сделать Праксей, считавший, что Бог-Отец разделяет страдания Сына, несёт вместе с ним крёстную муку.

    В теологически споры вмешался император Константин, созвавший в 325 году собор в Никее, который достаточно решительно, хотя и неокончательно, осудил арианство. Из более чем трёхсот участников собора только семь представляли западные епископаты. Это объясняется тем, что борьба с арианством в то время ещё не была актуальна для Запада. Этот вопрос встанет перед западной  церковью во время варварских вторжений конца У века и образования на территории империи варварских королевств. В 1У веке она более озабочена нарастанием донатизма в Северной Африке, который сливался с движениями циркумцеллионов и агоностов, давшими в религиозной форме выход социальному протесту масс. Донатисты, выступавшие против союза церкви с государством и ратовавшие за евангельскую чистоту духовенства, представляли большую опасность для централизаторских устремлений церкви. Движение возникло в христианских общинах Северной Африки в начале 1У века в период гонений Диоклитиана, когда руководство церкви начало переориентацию на союз с государством, терпимо относилось к отступникам от веры во время гонений. В противовес этому донатисты возражали раннехристианский культ мучеников, требовали чистоты церкви, святости всех её членов, перекрещивания отступников. Донатисты сформировали свою иерархию, вторым епископом у них был Донат, отсюда и название движения. Около 345 года донатисты объединились с циркумцеллионами и агоностиками, и движение приобрело  яркую социальную  окраску - его сторонники грабили и убивали богатых, духовенство, освобождали рабов. Императорская власть долгое время вела борьбу с донатистами, которые однако не шли на компромиссы. Главным идейным оппонентом донатистов стал Аврелий Августин, доказывавщий спасающую силу церкви вне зависимости от святости и даже личной веры и нравственных качеств её членов, в том числе духовенства (42). Отголоски  донатизма, однако, сохранились до У!! века. О них упоминал Исидор Севильский (История готов. 8, 5:51).

   После осуждения на Никейском соборе арианские епископы и священники были высланы в дунайские провинции, где в это время происходило активное передвижение варварских племён. Христианским наставником готов стал арианский епископ Ульфила, составивший, опираясь на греческую письменность, алфавит готского языка. Ульфила перевёл на язык готов Библию, опустив, однако, Книги Царств: он опасался дурного воздействия описания ратных подвигов библейских персонажей на воинственных готов. До нас дошли лишь фрагменты перевода Ульфилы. Результатом миссионерской деятельности ссыльных ариан стало то, что многие варварские племена приняли христианство в еретическом варианте.

     Религиозные конфликты 1У века были связаны и с организационными вопросами. В связи с укреплением иерархической структуры церкви и выработкой канонического права неоднократно вставала проблема соотношения римской и константинопольской кафедр. Хотя на нескольких соборах  формально подтверждалось первенство Рима, по существу восточная и западная церковь всё больше тяготели к самостоятельности Впервые западный епископат отделился от восточного, признав главенство Рима, на соборе в Сердике в 353 году. Константинопольский  собор (381 год) предоставил константинопольскому патриарху вслед за римским преимущества перед другими епископами.

   Религиозная борьба У века велась вокруг споров о природе Христа. Основатель монофизитства Константинопольский архимандрит Евтихий учил, что Христу присуща одна природа - божественная, а не две - божественная и человеческая, как утверждали представители ортодоксальной ортодоксии. Западная церковь держалась несколько в стороне от христологических споров, пыталась как-то примирить борющиеся стороны и вместе с тем использовать разбушевавшиеся страсти для укрепления авторитета Рима в вопросах веры. В 448 году римский епископ Лев 1 опубликовал трактат, в котором выразил ортодоксальный взгляд на природу Христа, подчеркнув, что в нём свойства каждого естества и субстанций сохранялись полностью и объединились, чтобы создать одно лицо.

   Папа Лев 1 получил 12 мая приглашение на собор в Эфесе. В это время гунны под предводительством Аттилы стояли у стен Рима, грозя уничтожить город, и папа остался в Риме, отправив на собор легатов с письмами. Собор в Эфесе, который из-за скандального характера его заседаний получил название “разбойничьего”, не только не пожелал посчитаться с мнением римского епископа, но даже не потрудился ознакомиться с его посланием. Евтихий был оправдан собором. Однако его торжество было недолгим. Через два года в Халкидоне положения Льва 1 были подтверждены. Христос был признан единственно рождённым, единым в двухестествах “без смешения, без изменения, без разделения, без разобщения”. Однако наряду с богословской победой Лев 1 потерпел крупнейшее организационное поражение.  Собор в Халкидоне по существу подтвердил обособление церквей: константинопольская кафедра не только  признавалась верховной по отношению ко всем восточным, но и равной кафедре в Риме. Стало очевидным, что раскол между восточной и западной церквями углубляется всё больше. От Халкидона путь практически однозначно вёл к схизме и великому разделению церквей .

   Значение христологических споров 1У-У столетий не сводится исключительно к богословскому содержанию. Это с большой очевидностью проявилось в оппозиции Пелагия, британского монаха, появившегося в конце 1У века в Риме, где он основал свою школу. Пелагианство возникло в значительной мере под влиянием античного мировоззрения. Пелагий быстро стал популярным среди образованных аристократов, у которых христианство уживалось с уважением к классическим традициям. Пафос проповедей Пелагия заключался в том, что “всё хорошее и всё злое, за что мы достойны или порицания, совершается нами, а не рождается с нами. Мы рождаемся не в полном нашем развитии, но со способностью к добру или злу; при рождении в нас нет ни добродетели, ни греха, и до начала деятельности нашей личной воли в человеке нет ничего, кроме того, что вложил в него Бог...”  Пелагий отстаивал свободу воли и значимость человеческого выбора: над людьми не тяготеет бремя первородного греха, первородный грех не до конца извратил положительные качества человека, следовательно, человек сам может избрать свой жизненный путь. Пелагианство таким образом преуменьшает значение благодати и личной веры для спасения.

   Борьба с пелагианством продолжалась более тридцати лет. Особую роль сыграл в этой борьбе Августин Аврелий, который понял, что доктрина британца ослабляла узы человека с церковью. История борьбы Августина против пелагианской ереси показательна ещё в одном аспекте. Августин, как и другие деятели в церкви этой эпохи, никогда не был только теологом, теоретиком. Он был ещё и активно действующим политиком, умевшим использовать влияние теологии на политику и общество в целом. Своей бурной критикой учения Пелагия он подготовил удар, который нанесло государство этой ереси. В 416 году собор африканских епископов в Карфагене осудил Пелагия  и заставил западного императора Гонория отлучить его от своего двора в Равенне. В 431 году Эфесский собор санкционировал анафему Пелагию. Спор о свободе воли и благодати был решён в пользу последней, ибо в последнем случае спасающая роль церкви утратила бы своё значение.

   Ещё в 1У веке церковь на Западе латинизируется литургия, принимая формы, отличные от восточных; появляется латинская богослужебная литература, происходит консолидация клира, укрепляется власть римского епископа, определявшаяся и престижем великого города и традицией, считавшей римскую кафедру апостольским престолом.

   Римская церковь развивалась в обстановке экономического упадка, крайней политической нестабильности, социальной разобщённости общества, под угрозой варварских нашествий, которые с конца 1У века превратились в устрашающую реальность. При калейдоскопической смене императоров, бесконечной борьбе в среде правящей аристократии, церковь, выраставшая в централизованную, жёстко структуированную иерархическую организацию, становилась по существу единственно реальной не только идеологической, но и политической силой, пытавшейся сдерживать центробежные тенденции, разрушавшие римское общество Не случайно вопросы практической экономии, организации монастырских и епископальных хозяйств, устройства городской жизни и муниципального управления, решения проблем войны и мира волновали западных епископов и священников ничуть не меньше, чем борьба с ересями и моральные наставления пастве.  Западное христианство в целом меньше, чем восточное, тяготело к теологическому теоретизированию.

3. З А К Л Ю Ч Е Н И Е.

    Зародившись в сиро-палестинском регионе, христианство раньше и более всего распространилось в восточных провинциях Римской империи. Уже оттуда оно проникло в Рим и западные провинции, однако до начала 1У века в Северной Италии, Испании, Британии, Германии и Дунайских областях значимой роли не играло.

   Языковые препятствия были одними из главных для продвижения христианства на Запад. Христианство распространялось прежде всего на эллинизированном Востоке. Первые приверженцы христианства на Западе появлялись либо в иудейской диаспоре, либо среди восточных переселенцев, говорящих по-гречески. Так, в Риме появились “иудеи, волнуемые Хрестом” (43), в Галлии первые общины возникли в греческих торговых колониях,  в Северной Африке древнейший христианский памятник найден на еврейском кладбище, первые карфагенские мученики носили греческие имена и говорили по гречески. Только перевод библейских текстов на вульгарную латынь дал мощный толчок для распространения христианства в романизированной среде западных провинций.

   Многочисленные апокрифы, имевшие широкое хождение на Востоке, появились на Западе, когда уже утратили своё значение. Поэтому западной церкви удалось быстро достигнуть сравнительного духовного единства в своих рядах. Её почти не затронули гностические ереси, арианство, монофизитство, нашедшие благоприятную почву в эллинизированной среде. Запад вообще не знал такого обилия течений в христианстве, которое было характерно для Востока ещё и потому, что латинская культура не питала в такой степени как греческая склонности к метафизическому теоретизированию и утончённым философским спекуляциям. Западная, латинская половина  церкви лишь поневоле вовлекалась Востоком в эти спекуляции. Ереси на Западе возникали вокруг вопросов морально-практических. Кроме того,  с четвёртого века экономический упадок, варварские нашествия, политическая нестабильность сделали церковь на Западе единственной политической силой способной хоть как-то сдерживать распад римского общества. А на Востоке, в связи с близостью императора, его могуществом, богословские споры связывались с борьбой за епископские кафедры, превратившиеся теперь в государственные посты. Эти споры велись на Вселенских соборах, организованных императорской властью. В западной части империи, благодаря централизующему авторитету римской кафедры, нужды во вселенских соборах не чувствовалось, и они неохотно посещались западными представителями. Так укреплялись расхождения между Западом и Востоком. Почти до конца 1У века Римская империя оставалась номинально единым политическим образованием. Лишь в 395 году после смерти императора Феодосия 1, её восточная и западная части окончательно разделились. 1У век был последним веком относительной духовной, культурной и политической общности Запада и Востока.

4. П Р И М Е Ч А Н И Я.

1) Пастырь Гермы.  9, 17.

2) Тертуллиан К. С. Апология. 37.

3) Тертуллиан. К. С.Скапулу. 5.

4) Ориген. Против Цельса. 3, 30.

5) Рожицын В.С. Золотая легенда. М., 1930. - С.27.

6) Донини А. У истоков христианства. М., 1989. - С.164.

7) Болотов В.В. Лекции по истории древней церкви. Т.2. - С.278.

8) Болотов В.В. Лекции по истории древней церкви. Т.2. - С.299.

9) Atlas zur  Kirchengeschichte. Freiburg, 1988. - S.14.

10) Донини А. У истоков христианства. М., 1989. - С.241.

11) Косидовский З. Сказания евангелистов. Свенцицкая И.С. От общины к церкви. М., 1985., и др.

12) Каутский К. Происхождение христианства. М., 1990. - С.403.

13) Свенцицкая И.С. От общины к церкви. М., 1985. - С.125-126.

14) Ленцман Я.А. Происхождение христианства. М., 1960. - С.157.

15) Дидахе., ХУ1 / / Ранович А.Б. Первоисточники по истории раннего христианства. - С.198.

16) Голубцова Н.И. У истоков христианской церкви. - С. 5.

17) Atlas zur Kirchengeschicte. Freiburg, 1988. - K.3.

18) Поснов М.Э. История христианской церкви. Ч.1. М., 1990. - С.160.

19) Игнатий Антиохийский (Смирн. У11. 1)

20) Филастерий. Ереси. 491. / /  Ранович А.В. Первоисточники по истории раннего христианства. - С.224.

21) Болотов В.В. Т.2. - С.350.

22) Болотов В.В. Т.2. - С.353.; Донини А. У истоков христианства. М., 1985. - С.153.

23) Евсевий Памфил., 18.

24) Болотов В.В. Т.2. - С.360.

25)  Текст канона Муратори см.: Донини А. - С. 149.

26) Покровский А.И. Соборы древней церкви эпохи первых трёх веков. Сергиев Посад. 1915. - С.12.

27) Поснов М.Э. История христианской церкви. Ч.1. - С.96.

28) Донини А. - С.166

29) Тертуллиан К.С. Избранные сочинения. М., 1994. - С.40.

30) Донини А. - С.166.

31) Поснов М.Э. - С.179.

32) Harnack A. Lehrbuch der Dogmengeschichte. Freiburg, 1988. - S.12.

33) Тертуллиан К.С. - С.117.

34) Долгова И.Ю. / / Из истории античной культуры. - С.111, 115. 118-119.

35) Барсов Н.И. Лекции по патристике. СПб., 1887. - С.260.

36) Долгова И. Ю. / / Из истории античной культуры. - С.117.

37) Курбатов Г.Л. История Византии. М., 1984. - С.44.

38) Ранович А.Б. Античные критики христианства. М., 1935. - С.15.

39) Федосик В.А. Государство и церковь. - С.23.

40) Там же.

41) Тертуллиан К.С. О крещении. , 5.

42) Белоликов В. Литературная деятельность блаженного Августина против раскола донатистов. - С. 161.

43) Светоний Г. Т. Клавдий. 25, 11.


5. Б И Б Л И О Г Р А Ф И Я .

   1) ИСТОЧНИКИ.

1)  Августин блаженный, епископ Ипонский. Избранные сочинения в 4 частях. М., 1886.

2)  Евсевий Памфил. Церковная история. М., 1993.

3)  Ириней Лионский. Сочинения. М., 1871.

4)  Историки античности. В 2 тт. М., 1977.

5)  Историки Рима. М., 1976.

6)  Либаний. Речи. Казань, 1912.

7)  Памятники древней христианской письменности. М.,1866.

8)  Памятники поздней античной научно-художественной литературы. М., 1964.

9)  Памятники поздней античной поэзии и прозы. М., 1964.

10)Памятники позднего античного эпистолярного и ораторского искусства. М.,1964.

11) Писания мужей апостольских. Рига, 1994.

12)Ранович А.Б. Первоисточники по истории раннего христианства. М.,1990.

13) Светоний  Г.Т. Жизнь двенадцати Цезарей. М., 1990.

14) Тертуллиан К.С. Избранные сочинения. М., 1994.

  2) ЛИТЕРАТУРА.

1) Болотов В. В. Лекции по истории церкви. М., 1994.

2) Белоликов В. Литературная деятельность блаженного Августина против раскола донатистов. Казань, 1888.

3) Бердников И.С. Краткий курс церковного права. Казань. 1823.

4) Вебер Г. Всеобщая история. М.,1886.

5) Виппер Р.Ю. Рим и раннее христианство. М., 1954.

6) Голубцова Н.И. У истоков христианской церкви. М., 1967.

7) Гиббон Э. История упадка и разрушения Римской империи. М., 1994.

8) Донини А. У истоков христианства. М.,1989.

9) Дюшен Л. История древней церкви. М., 1914.

10) Карсавин Л.П. Святые отцы и учители церкви. М., 1994.

11) Карташев А.В. Вселенские соборы. М., 1994.

12) Каутский К. Происхождение христианства. М., 1990.

13) Клеман О. Истоки. Богословие отцов Древней церкви. М., 1994.

14) Ленцман Я.А. Происхождение христианства. М., 1960.

15) Лившиц Г.М. Очерки историографии Библии и раннего христианства. М., 1970.

16) Мансуров С. Очерки из истории церкви. М., 1994.

17) Момзен. Римская история. М., 1941-1949.

18) Оргиш В.П. Античная философия и происхождение христианства. Минск ., 1986.

19) Оргиш В. П. Истоки христианства. Минск, 1991.

20) Покровский А.И. Соборы древней церкви  эпохи первых трёх веков. Сергиев Посад, 1915.

21) Поснов М.Э. История христианской церкви. М.,1990.

22) Уколова В.И. Античное наследие раннего средневековья. М., 1989.

23) Уколова В.И. Особенности культурной жизни Запада (1У - первой половины У11 веков). / / Культура Византии 1У - первой половины У11 веков. М., 1994.

24) Свенцицкая И.С. От общины к церкви. М., 1985.

25) Свенцицкая И.С. Тайные писания первых христиан. М., 1981.

26) Федосик В.А. Государство и церковь. М.,1989.

27) Федосик В.А. Киприан и античное христианство. М., 1990.

28) Штаерман Е.М. Римская религия и христианство. / / Религии мира. Ежегодник. 1988. М.,1990.

29) Штаерман Е.М. Социальные основы религии древнего Рима. М., 1987.  

30) Христианство. Словарь. М., 1994.

31) Atlas zur Kirchengeschichte. Freiburg, 1988.

32)  Harnack A. Lehrbuch der Dogmengeschichte. Freiburg, 1988.


   ICQ - 167689132 E-mail Telefon
Главная Обо мне Проекты Словари Переводы Подписка Форум Deutsch